Встреча профессора Джорджа Цвейга (США) с академиком РАН Матвеевым В.А. ОИЯИ 2014

You need to install or upgrade Flash Player to view this content, install or upgrade by clicking here.

http://www.youtube.com/user/jinrtv

Джордж Цвейг: Я мечтал посетить Дубну с тех пор, как я был студентом выпускником. Поэтому я совершенно счастлив приехать сюда. То, что я увидел здесь, было во многом очень интересным. Многое связано с тем, что я увидел в российской науке. Мои впечатления от увиденного искусства в России позволяют мне прийти к выводу, что в каком-то смысле Россия и запад живут в параллельных вселенных. Между этими вселенными происходят контакты, и особенно сильны эти связи в науке. Например, вчера я видел импульсный нейтронный реактор, он потряс меня. Он был построен и закончен в 1957 году, а это было время запуска спутника. Я был свидетелем того, какое большое влияние оказал запуск спутника в Америке. Спутник изменил во многом Америку. Я увидел здесь разработки, которые опережали Америку. Затем американцы вырвались вперед. Но в России грандиозные традиции в истории, математике и физике, и эти науки не имеют сильных привязок к западу. Поэтому вы видите развитие там и тут, но можете и оказаться в темной области, По моему мнению, Россия была в своей истории не раз могучим государством, достаточно независимым от запада.  Она добивалась больших достижений. Я вижу здесь вещи, такие же, как на западе, но они сделаны немного по-другому. Они сделаны с умом, с очень большими знаниями. Импульсный реактор сделан очень умными людьми. Это отличает от запада.

Таким образом, от всего сердца желаю вам успехов. Желаю, чтобы вы действительно получили необходимую вам поддержку для продолжения традиций, которые у вас есть.

Виктор Матвеев: Я хотел бы поблагодарить Вас за такие теплые слова и сказать, что для нас – ученых ОИЯИ- визит профессора Цвейга был долгожданным. Мы услышали, как происходили события Вашего открытия независимо от Ма́рри Гелл-Ма́на в 1964 году. Здесь в Дубне эти новости были восприняты с энтузиазмом нашими учеными, в особенности Николаем Николаевичем Боголюбовым. Мы включились и начали активно участвовать в этой работе и искать настоящую теорию кварковой структуры адронов. Конечно, нам хотелось в нашем воображении пообщаться с профессором. Вот чем увенчались наши ожидания. Я рад, что наши молодые ученые могут теперь слушать Вас и говорить с Вами и учиться, как большое воображение и глубокие знания помогают делать такие открытия в физике. Это также важно и для физики элементарных частиц, теории структуры материи малых масштабов и т.д.

Я думаю, Ваш визит к нам очень важен, мы будем его помнить – и мы и молодые ученые. Вы сыграли очень важную роль в физике частиц и в фундаментальной физике,  и физике Вселенной. Большой взрыв и тому подобное. Интересно было узнать, когда вы говорили о кварках и не только о них, как работает наука, как работает мозг.

Джордж Цвейг: Спасибо за Ваши добрые слова.

Джордж Цвейг:  У меня с Россией длительные и глубокие отношения. Когда-то мои родители приехали в Россию работать по контракту на 5 лет. Мой отец был инженер. Пока они были в России, я родился. Когда истек контракт, мы уехали в Вену, затем постепенно в США.  Здесь в России   отец работал инженером-конструктором на заводах на Урале. Мой отец разрабатывал пусковые двигатели, опорные установки вокруг Кремля, у него были контракты со Сталиным. Я тогда думал, что мой отец очень умный сильный человек. Но я бы никогда не подписал контракт со Сталиным.

Голос из зала: После 1932 года, когда Гитлер пришел к власти, Ваш отец задумался об этом.

Джордж Цвейг: Да-да. Мой отец был гражданским инженером. В тот период он работал в Германии, и когда Гитлер пришел к власти, он подумал, что война с Россией неизбежно начнется. Он был коммунист, он знал коммунистов Германии, самых высоких постов ком.партии. Это они организовали контракт для него поехать и работать в Москве. Только потом он поехал работать на Урал, потому что в Москве его никто не знал.

Виктор Матвеев: Давайте перейдем к теме о том, что наука объединяет людей.

Джордж Цвейг: Да.

Виктор Матвеев: В жизни нашего института есть множество подтверждений этому. Например, даже во времена политических и других трудностей, которые существуют всегда, я помню, как Фермилаб построил свой первый ускоритель с рекордными параметрами, и ОИЯИ и США подписали соглашение об участии физиков ОИЯИ в экспериментах Фермилаба. Я был одним из тех счастливчиков, которых ОИЯИ отправил в Фермилаб. Я был теоретиком, но и интересовался экспериментальными вопросами. Я был воодушевлен тем, что люди, несмотря на все трудности, хотят и могут работать вместе. Как мудры были люди, которые считали, что надо помогать этим процессам. Тогда совместная работа будет гарантировать лучшее взаимопонимание между людьми. Есть такой лозунг «Наука сближает народы», и это, действительно, так.  Это очень важно.

Джордж Цвейг: Есть также совершенно другая традиция в России, или тогда в Советском Союзе. Когда я был студентом и изучал пути, где я мог бы применить математику в физике высоких энергий, математика в США была не очень популярна. Правила были застывшие, трудные для понимания. А в России труды по математике были очень полезны. Например, я интересовался представлениями в алгебрах. И куда я мог поехать?  А квантовую механику? Я должен был обратиться к Ландау и Лившицу. Здесь была традиция простоты, самого главного и фундаментального, и все было представлено так, чтобы люди могли это понять без лишних ненужных трудностей. Именно эти традиции были очень сильны в России. И это разобщение, которое было у нас, имело и свои преимущества. Когда изучаешь что-то, хочешь сначала отдельно работать, но потом ищешь контакты.

Вопрос из зала: Что Вы думаете о русском изобразительном искусстве?

Джордж Цвейг: Я потрясен. Мой отец в конце жизни ослеп. Я помогал ему в работе, и в его рабочем столе я нашел однажды его Диплом инженера-конструктора, полученный в Вене, и второй Диплом по истории искусств. Он учился сразу в двух университетах!

Виктор Матвеев: Это очень интересно!

Джордж Цвейг: Я интересовался искусством в молодости, я думаю, я кое-что знаю о западной живописи. Я был в русских музеях, я видел картины, написанные до 20 века. И я могу сказать, они потрясающие, но другие. Опять, это параллельная вселенная. В них заложена идея возрождения, но она используется по-другому. Русские художники использовали другие материалы и идеи, чтобы выразить это. Из зала в зал, и я видел этих художников впервые. Конечно, в искусстве потребность общаться не такая сильная. В науке она гораздо больше. У вас великая страна, она движется вперед, и запад понятия не имеет, что здесь происходит.

Голос из зала: Напутствие молодым ученым.

Цвейг: О боже!  Во-первых, молодые люди очень разные. Поэтому, каждому нужен конкретный совет. Я не могу дать совет всем. Я могу обратиться лишь к небольшой группе тех, которые думают, как я. Я думаю, они должны учитывать то, что измерено.  Люди здесь в России должны больше делать измерений. Например, в НИКЕ – смотрите на то, что измерено, продолжайте учитывать это до тех пор, пока вы не поймете, что это. Итак, основывайте вашу работу на наблюдениях, но пока вы молодые, изучайте по-больше математику. Когда-нибудь вам пригодятся эти знания, и вы их используете вместе с вашими исследованиями.

Научно-информационный отдел ОИЯИ

Перевод: Ирина КРОНШТАДТОВА

Видео, фото: Игорь БЕЛЬВЕДЕРСКИЙ

http://www1.jinr.ru/News/Jinrnews_rus.html

http://wwwinfo.jinr.ru/jinrmag/